ЗАЭС в плену неопределенности: почему так трудно предсказать будущее крупнейшей в Европе атомной электростанции
9 декабря 2025 13:50
РАЗБОР ОТ 
Вопрос контроля и, соответственно, будущего Запорожской АЭС имеет статус одного из самых проблемных на мирных переговорах, которые ведутся при посредничестве США. И для этой проблемности есть достаточно оснований. Каких именно — выяснял «Коммерсант Украинский».
Запорожская атомная станция может стать самым большим и самым дорогим памятником атомной энергетики в мире. Такой прогноз-предположение не так давно прозвучал в украинской экспертной среде. Питается он осознанием, что для того, чтобы возобновить работу станции, нужно решить очень много очень сложных вопросов. И далеко не все они связаны непосредственно с ходом мирных переговоров. Хотя от результата переговоров в значительной степени зависят.
Дефицит нужной информации
Несколько дней назад, в ночь на 6 декабря, Запорожская атомная электростанция снова временно осталась без внешнего электроснабжения. Как сообщили тогда в МАГАТЭ, после получасового отключения станция была подключена к линии, но с меньшим напряжением, чем до этого. Это был уже 11-й с начала полномасштабного вторжения блэкаут. И, конечно же, не самый продолжительный. Который между тем в очередной раз подтвердил проблемность с электроснабжением на атомном объекте. Но не только это усложняет работу станции. Продолжает Константин Батожский, директор Агентства развития Приазовья.
«Мы сейчас не понимаем, в каком состоянии находится оборудование на ЗАЭС. Потому что оккупанты по-другому управляют станцией. Они пытаются использовать там российское топливо в то время, как станция уже работала на американском топливе. Они используют российское оборудование для ремонта в то время, как мы использовали много иностранного оборудования. Что эта станция сейчас из себя представляет технически, не знает никто. И ни у кого такой информации на 100% нет», — констатирует эксперт.
Отсутствие достаточной информации сказывается и на оценке того, насколько сложно будет возобновить работу ЗАЭС в случае возвращения Украине управленческого контроля над станцией. Хотя некоторые осложняющие обстоятельства известны. Объясняет Григорий Плачков, руководитель Государственной инспекции ядерного регулирования в 2017-2021 годах.
«Во-первых, нет Каховского водохранилища. Соответственно, возникает вопрос: откуда брать воду? Имеющейся воды не хватит, чтобы производить электроэнергию. Воды хватит для того, чтобы охлаждать активные зоны реактора и охлаждать бассейны выдержки, но для производства электроэнергии, на мой личный взгляд, на все шесть атомных энергоблоков воды не хватит. Во-вторых, что делать с градирней, которая была сожжена? И еще. Я, например, не знаю, что там происходит с оборудованием важным для безопасности, с реакторным залом, с турбиной. У нас есть какая-то информация, но она очень неполная. Потому что, скажем, есть вопросы по течению из первого во второй контур на некоторых энергоблоках. Есть другие технические вопросы», — отмечает специалист.
По словам эксперта Константина Батожского, ключевой проблемой, которая возникла, является оползень, вызванный тем, что исчезло Каховское водохранилище.
«Почвы просто по законам природы там начали двигаться. Какое сейчас движение этих почв, мы не знаем. Также мы не знаем, насколько россияне могут сейчас найти воду для обеспечения охлаждения. То есть мы знаем, что они построили новое защитное водохранилище и условно качают туда воду из скважин, но это все происходит, по сути, под станцией. И каким образом изменятся грунты сейчас опять же никто не понимает, потому что ни геодезические, ни какие-то другие работы мы не можем там осуществить», — констатирует специалист.
Чего хватает, в отличие от достоверной информации, так это слухов и каких-то оригинальных, и не только российских, идей, часто довольно далеких от реальности.
Дефицит приемлемых идей
Весной этого года появились сообщения, что россияне якобы планируют ввести в эксплуатацию хотя бы один энергоблок Запорожской АЭС. Тогда в Госатомрегулирования предупредили, что любая попытка вывести энергоблок ЗАЭС на мощность создает катастрофические риски, сравниваемые с авариями на Чернобыльской и Фукусимской АЭС, а также напомнили, что международное сообщество, в частности МАГАТЭ, разделяет позицию Украины о том, что станция должна и в дальнейшем оставаться в холодном состоянии.
И то техническое состояние, которое есть сейчас на Запорожской атомной электростанции не дает возможности вывести на мощность хотя бы один из энергоблоков. Это подчеркивает Григорий Плачков, руководитель Государственной инспекции ядерного регулирования в 2017-2021 годах.
«Не только с военной и международно-политической точки зрения, но и чисто с технической точки зрения, я не вижу возможности вывести хотя бы один энергоблок на какую-то мощность. Где электроэнергия, где водообеспечение? Что с топливом происходит в активной зоне реакторов? Мы же не знаем, нам это неизвестно. И еще это невозможно, потому что пока атомная электростанция питается от нашей объединенной энергосистемы, то в другую энергосистему выдать электроэнергию у нее нет возможности», — объясняет специалист.
Директор Агентства развития Приазовья Константин Батожский напоминает, что «после присоединения Украины к европейской электроэнергетической сети АЭС не может вырабатывать электроэнергию с той частотой, которая вырабатывается в России». К тому же, для того, чтобы переключить Запорожскую АЭС, нужно пройти режим ее полного обесточивания, который является крайне опасным с точки зрения ядерной и радиационной безопасности.
«Для оккупантов переход на российское условное подключение осложняется двумя факторами. Первое — это усилиями наших Сил безопасности и обороны, которые не допускают строительство энергетической инфраструктуры, чтобы, прежде всего, «заживить» Запорожскую станцию на нужды Донбасса. А с другой стороны, им крайне трудно это сделать технологически, потому что оборудование было настроено на другие физические параметры», — объясняет эксперт.
Константин Батожский также называет абсолютным нонсенсом обсуждаемые в последнее время идеи, что часть блоков будет работать на нужды Украины, а другие — на нужды России.
«Это абсолютный нонсенс, прежде всего, с технологической точки зрения из-за того, что у нас разная частота тока в сетях. Мы синхронизированы с европейской сетью, а не с российской. Поэтому эту идею надо сразу отбросить — это фантастика. Так же как и управление станцией какими-то американцами, которые в жизни не видели реакторов ВВР еще советской разработки и только в теории понимают, как оно управляется. Это нонсенс тотальный», — отмечает специалист.
Григорий Плачков также не понимает, как Запорожская АЭС может восстанавливаться и работать под управлением тех же американцев.
«Ядерная энергетика регулируется и управляется в соответствии с внутренним законодательством страны. Поэтому есть нормы, правила, законодательство нашего государства, в соответствии с которыми предоставлены лицензии как на эксплуатацию атомных энергоблоков, так и лицензии для персонала. В соответствии с каким законодательством мы будем управлять и регулировать эту станцию? Согласно российскому — это абсурд. Если в соответствии с нашим, тогда нужно возвращать полностью управленческий регулирующий контроль. Там еще другой вопрос. Там в четырех энергоблоках американское топливо. Что с ним делать? А его использовать кто имеет право? Только Украина», — отмечает специалист.
Пока же эти вопросы с ответами и без них не являются достаточными аргументами на переговорах о будущем ЗАЭС.
Дефицит правильных решений
Из уст генерального директора МАГАТЭ Рафаэля Гросси на днях прозвучала оригинальная идея, сводящаяся к тому, что в случае достижения мирного соглашения Запорожская атомная электростанция будет нуждаться в «особом статусе» и «особой атмосфере сотрудничества».
«Ни один оператор не может использовать атомную электростанцию, когда по ту сторону реки находится другая страна, которая сопротивляется этому и может принять меры против этого», — заявил Рафаэль Гросси и подчеркнул, что в любом случае МАГАТЭ будет в этой ситуации незаменимым участником.
Но беспристрастным ли — вот в чем еще один вопрос. Константин Батожский, директор Агентства развития Приазовья, сомневается в объективности Рафаэля Гросси.
«Нынешний председатель Международного агентства по атомной энергии Рафаэль Гросси открыто играет на российской стороне, а наблюдательная миссия МАГАТЭ, которая там находится, она мало чем отличается от миссии наблюдателей ОБСЕ, которую мы имели на линии соприкосновения с 2014 по 2022 годы. Он борется за кресло генерального секретаря ООН и ему важна для этого поддержка России, поэтому он откровенно подыгрывает той стороне, потому что рассчитывает, что она за него будет голосовать», — отмечает эксперт.
Пока же Запорожская АЭС оккупирована и правовая ситуация вокруг нее является беспрецедентной. Продолжает Константин Батожский.
«Легальным владельцем станции с точки зрения международного права является Украина. Мы предоставили станции лицензию, и эта лицензия приостановлена, но если там что-то случится, то юридически отвечаем мы. Это, с одной стороны. С другой стороны, станция уже легализована в российском правовом поле, то есть она получила российскую лицензию. То есть мы находимся сейчас в правовой ловушке», — констатирует эксперт.
Собственно, законные и исчерпывающие ответы практически на все упомянутые выше вопросы, можно было бы найти только при одном варианте: возвращение Запорожской АЭС под полный контроль Украины. И тогда можно было бы задать еще один логичный вопрос: как быстро удастся возобновить деятельность Запорожской АЭС. У Григория Плачкова есть ответ на этот вопрос. По его мнению, если мир будет стабильным, то понадобится минимум лет пять.
Автор: Сергей Василевич
