Под давлением СВАМ: чем украинская промышленность расплачивается за просчеты отечественных чиновников и еврочиновников
4 мая 14:37
РАЗБОР ОТ 
Украинские металлургические предприятия, ориентированные на экспорт в Европу, уже в полной мере ощущают на себе всю непривлекательность механизма пограничной углеродной корректировки (СВАМ), введенного в 2026 году. И это влияние будет только усиливаться. Если, конечно же, украинским властям не удастся договориться с Еврокомиссией об исключительном режиме для Украины. Как СВАМ уже изменил и будет менять правила игры для украинской промышленности – выяснял
От 17% до 93% экспорта в зависимости от сектора – так в украинском министерстве экономики оценивают потери металлургической отрасли в первом квартале 2026 года из-за введения СВАМ. Это еще не все убытки. Механизм пограничной углеродной корректировки, который предусматривает плату за разницу между выбросами СО2 между европейскими производителями и производителями-импортерами, должен затронуть украинских производителей, поставляющих в ЕС не только сталь, но и цемент, удобрения, электроэнергию, алюминий и т. д. Хотя больше всего это влияние почувствуют именно украинские металлурги.
Экспортные потери
Совокупный экспорт Украины в ЕС в результате введения углеродного налога может сократиться на $1,39 млрд. Экспорт цемента в ЕС, например, окажется под угрозой почти полного коллапса — ожидается падение поставок на 96%. Но основная тяжесть убытков — в 89% — придется на металлургическую отрасль, которая формирует почти весь объем экспорта, попадающего под действие CBAM. Сумма экспортных потерь может достигнуть $1,24 млрд. Такие данные приводят специалисты «Института экономических исследований и политических консультаций». Что касается текущих потерь металлургической отрасли, их дополняет Александр Каленков, президент Объединения предприятий «Металлургпром».
«Мы очень зависимы от европейского рынка. И на этом фоне поставки в Европу для некоторых компаний, таких как, например, ArcelorMittal, снизились на 80%, а в среднем по отрасли на 60% именно из-за CBAM. Срываются контракты, недополученная валютная выручка за первый квартал составила где-то 120 миллионов евро. И негативное влияние СВАМ будет усиливаться», — говорит специалист.
Для различных сегментов металлургической отрасли последствия от введения СВАМ различны. Экспорт длинномерного проката пострадал больше, у производителей плоского проката потери меньше. Говорит Андрей Тарасенко, главный аналитик GMK Center.
«В сегменте плоского проката СВАМ выступил чисто инфляционным фактором, соответственно увеличив цены. То есть поставщики плоского проката в ЕС полностью переложили СВАМ-платежи на цены, и это позволило сохранить прежнюю структуру поставок. Зато производители длинномерного проката из Украины последствия СВАМ уже ощутили довольно сильно: за первый квартал экспорт длинномерного проката в целом из Украины упал примерно на 60-70%», — отмечает эксперт.
Особенности СВАМ
К введению механизма пограничной углеродной корректировки в самой Европе и в тех странах, которые с ней торгуют, готовились несколько лет. В Украине, учитывая те форс-мажорные условия, в которых работает страна с начала войны, надеялись на освобождение от СВАМ. Но не получилось. По крайней мере, пока. С января 2026 года украинские предприятия, без каких-либо исключений, оказались в тисках СВАМ — достаточно прочных, чтобы затруднять деятельность, но недостаточно отрегулированных, чтобы минимизировать потери. Вот на какую особенность в работе этого механизма в комментарии изданию «Коммерсант Украинский» обращает внимание Олег Крикавский, директор по связям с госорганами компании «АрселорМиттал Кривой Рог».
«Существует огромная неопределенность в отношении CBAM, и она заключается в том, что нет ни одного официально установленного для Украины тарифа на конкретную продукцию. Никто не понимает, какова ставка CBAM. Об этом станет известно в 2027 году, когда импортеры продукции в ЕС начнут платить», — отмечает специалист.
Он объясняет, что технически за CBAM в Европейском Союзе платит импортер, то есть партнер украинской компании. При этом начисление CBAM начинается с 1 января, а контрагент-импортер заплатит в 2027 году единовременно за весь 2026 год, в течение которого он импортировал. Зато украинский партнер подобных привилегий не имеет. Продолжает Олег Крикавский, директор по связям с госорганами компании «АрселорМиттал Кривой Рог».
«Ситуация выглядит следующим образом: если мы хотим экспортировать нашу продукцию в ЕС, то мы должны предоставить импортеру этой продукции, то есть нашему контрагенту в ЕС, максимальную скидку на максимально просчитанный CBAM. Эту сумму должен заложить импортер, чтобы иметь заинтересованность импортировать нашу продукцию в ЕС. По факту же ему это неинтересно: он не хочет заниматься ни CBAM, ни какими-то отчетами, и по сути он постепенно переключается на европейскую продукцию, которая освобождена от этой головной боли — на польскую, на немецкую продукцию», — отмечает специалист.
Отсюда уже зафиксированные экспортные потери отрасли — от 17% до 93% в зависимости от сектора, о которых заявляют в украинском министерстве экономики. Одной из причин такого положения дел в ведомстве называют невозможность верификации выбросов в условиях войны.
Несуществующая верификация
То, насколько разрушительным будет влияние CBAM на деятельность предприятий, в значительной степени зависит от уровня выбросов в производстве и способности компаний подтверждать объем выбросов через систему верификации. Могут практиковаться два подхода компаний к ведению отчетности: использование стандартных, определенных регулятором, значений (default values) и фактических, зафиксированных на предприятии, данных (actual data). «Дефолтные» значения упрощают отчетность, но настолько завышены, что работать по ним максимально невыгодно. В то же время использование фактических данных требует сложной системы мониторинга и подтверждения независимыми верификаторами. Продолжает Андрей Тарасенко, главный аналитик GMK Center.
«Верификация фактических данных будет доступна только с начала 2027 года — это по выбросам за 2026 год. А сейчас рынок работает, вообще не понимая объемов выбросов. То есть проблема в неопределенности. Покупатели не понимают сумм транзакций. Вот в первом квартале в ЕС импортировано 6 миллионов тонн стали, а сумм транзакций никто не понимает. Все ориентируются на фактические показатели, но они не верифицированы. И там много проблем», — отмечает эксперт.
Прежде всего, речь идет о том, что в рамках этой процедуры необходимы фактические визиты верификаторов на предприятия. Что в случае с Украиной трудно представить, учитывая, что фактически все украинские металлургические предприятия находятся недалеко от линии фронта. По словам Андрея Тарасенко, была инициатива включить в реестр аккредитованных верификаторов украинские предприятия, но насколько это возможно — трудно сказать. Нынешнюю ситуацию с верификацией он описывает так:
«Верификация будет доступна только с 1 января 2027 года, а физически заплатить за импорт 2026 года нужно будет до 30 сентября 2027 года. Будет 9 месяцев, чтобы пройти верификацию. И учитывая то, что потребуются физические визиты — а в мире таких компаний, которые нужно посетить, наверное, десятки тысяч — то есть большие сомнения, что это может быть проведено. А если это не будет проведено, то всем придется ориентироваться на «дефолтные» выбросы».
Хорошо, что хотя бы украинские чиновники признают проблемы с верификацией и пытаются как-то их решить. Министр экономики, окружающей среды и сельского хозяйства Алексей Соболев после недавней беседы с генеральным директором директората по вопросам налогообложения и таможенного союза Еврокомиссии Герассимосом Томасом сообщил, что договорился с еврочиновниками, чтобы те ускорили процесс верификации выбросов для Украины и предложили практические решения для бизнеса. Возможно, этот опыт общения с должностными лицами Еврокомиссии окажется более удачным, чем предыдущий, который так и не завершился освобождением Украины от СВАМ.
Смотрите нас в YouTube: важные темы – без цензуры
Работа над ошибками
Первые несколько месяцев действия механизма пограничной углеродной корректировки не только позволили объективно оценить экспортные убытки украинских предприятий, но и убедительно указали на то, что Европейская Комиссия допустила ошибку, когда рассчитывала последствия для Украины применения с 1 января 2026 года CBAM. Главный аналитик GMK Center Андрей Тарасенко напоминает, о чем именно идет речь.
«Когда Украина подала заявку на исключение по пункту о форс-мажоре, предполагалось, что Еврокомиссия подготовит отчет с оценками убытков от СВАМ для Украины. И затем это подается на утверждение в Европарламент. Они сделали этот отчет. И этот отчет показал, что в долгосрочной перспективе к 2030 году убытки для экономики Украины от введения СВАМ составят лишь одну сотую процента. И соответственно это дало им основания сказать: да, в Украине форс-мажор, но СВАМ не окажет никакого влияния на украинскую экономику. Но при этом они не учли многие внутренние факторы. И в Еврокомиссии, судя по всему, уже понимают, что эти факторы они не учли», — констатирует специалист.
В украинском правительстве убеждены, что ошибку в расчетах, которую допустили еврочиновники, необходимо срочно исправлять, и уже ведут соответствующие переговоры на уровне Еврокомиссии. Об этом на днях сообщил вице-премьер-министр по вопросам европейской и евроатлантической интеграции Украины Тарас Качка. Он считает, что проблема, возникшая с CBAM, является проявлением стратегической проблемы. По словам чиновника, для Еврокомиссии важно относиться к Украине как к части своего собственного рынка, а не как к торговому партнеру, поскольку между ЕС и Украиной подписано Соглашение об ассоциации, Украина является кандидатом на вступление в ЕС, и такое, как сейчас, применение CBAM является дискриминацией. Соответственно, Еврокомиссия должна еще раз рассмотреть украинский вопрос и предоставить временное освобождение от СВАМ. В частности, для того, чтобы украинские предприятия имели время для модернизации, а страна — для декарбонизации промышленности. Продолжает Андрей Тарасенко.
«Это временное освобождение нам нужно, но нужно учитывать, что в долгосрочной перспективе, когда Украина станет членом ЕС, она все равно столкнется с проблемой высокой стоимости выбросов. Поэтому решение заключается в поиске источников финансирования проектов по декарбонизации. Например, только для сталелитейной отрасли на декарбонизацию требуется 12 миллиардов долларов. Понятно, что в нашем бюджете средств на это нет, более того, бюджет дефицитный. А декарбонизацией придется заниматься в любом случае. Поэтому надежда на помощь партнеров и доступ к финансированию из соответствующих европейских фондов, подобный тому, что получают европейские предприятия», — отмечает специалист.
Он подчеркивает, что в настоящее время финансовая ситуация на соответствующих украинских предприятиях такова, что те 12 миллиардов, которые металлургическая отрасль нуждается для декарбонизации, она сама не генерирует.
Торговля выбросами
Ключевую роль в процессе декарбонизации украинской промышленности и дальнейшей полной интеграции с европейской климатической политикой играет будущий запуск в Украине системы торговли выбросами. В чем именно заключается такое значение? В комментарии изданию «Коммерсант Украинский» это объяснила доктор философии в области права, специалист отдела климата ОО «Экодия» Анастасия Сидоренко.
«Во-первых, именно система торговли выбросами установит внутреннюю цену на углерод, которая может быть учтена ЕС при расчете финансовых обязательств по СВАМ. Во-вторых, система торговли выбросами создаст достаточно стабильный механизм сбора средств за выбросы, которые могут направляться на декарбонизацию промышленности и снижение реального углеродного следа украинской продукции. Это, в свою очередь, снизит риски для экспортеров в секторах, охваченных СВАМ, и постепенно приблизит правила украинского рынка к европейским», — отмечает эксперт.
Она напоминает, что в начале 2025 года Президентом был подписан закон, которым возобновлены мониторинг, отчетность и верификация выбросов парниковых газов. Это стало важным шагом для нашего государства, учитывая планы по созданию Национальной системы торговли квотами на выбросы парниковых газов (НСТВ), поскольку верифицированные данные о выбросах являются основой для установления будущих квот на выбросы.
А в апреле этого года стало известно, что Министерство экономики, окружающей среды и сельского хозяйства уже подготовило проект Закона Украины «Об основах функционирования национальной системы торговли квотами на выбросы парниковых газов». В частности, предусматривается введение механизма, согласно которому предприятия смогут использовать 90% от суммы платежей в рамках НСТВ для реализации собственных проектов по декарбонизации. Обязательными условиями для таких проектов определены рыночная, не завышенная стоимость и доказанный эффект декарбонизации. Как будет проходить процесс запуска системы торговли квотами на выбросы парниковых газов, объясняет специалист отдела климата Центра «Экодия» Анастасия Сидоренко.
«Предусматривается проведение тренингов и тестирования системы, запуск пилотного проекта (первый операционный этап) в 2028 году и, наконец, полноценное внедрение не ранее, чем через 3 года после отмены военного положения. То есть правительство планирует, что первый запуск НСТВ состоится в 2028 году. Но это будет скорее ограниченная фаза с элементами пилотного проекта — то есть система еще не будет работать в полную силу, а будет тестироваться в ключевых секторах», — отмечает специалист.
А пока система торговли выбросами еще не функционирует, финансирование промышленной декарбонизации, по мнению Анастасии Сидоренко, может базироваться на сочетании нескольких источников. Во-первых, это международные фонды и донорские программы, которые поддерживают модернизацию, энергоэффективность и развитие возобновляемой энергетики. Во-вторых, частные инвестиции и банковское кредитование, в рамках которых все шире будут применяться оценки климатических рисков и углеродной интенсивности, что сделает низкоуглеродные проекты более привлекательными для финансовых учреждений. В-третьих, помочь должны государственные механизмы — такие как экологический налог, а также Фонд декарбонизации и энергоэффективной трансформации. Вместе эти источники могут сформировать финансовую базу для подготовки украинской промышленности к полной интеграции с европейскими климатическими требованиями.
Читайте нас в Telegram: важные темы – без цензуры
