Российская экономика в «зоне смерти»: сколько еще сможет Кремль финансировать войну
20 февраля 20:37
Российская экономика оказалась в состоянии, которое западные аналитики уже называют «зоной смерти» — точкой, где система еще функционирует, но постепенно теряет способность к самовосстановлению и развитию. Речь идет не об одномоментном обвале, а о системном состоянии, когда экономика еще функционирует, однако ее структура все больше подчиняется военным потребностям и постепенно теряет долгосрочный потенциал развития.
По оценке экспертов, вернуть РФ к нормальной, сбалансированной модели без нового масштабного кризиса будет чрезвычайно сложно. Почему Россия «стагнирует, но не падает»? Что на самом деле означает эта «зона смерти»? Почему гражданские сектора падают, но система не разрушается? И может ли мобилизационная модель стать долгосрочной стратегией для России –
«Зона смерти» как долгосрочная стратегия истощения
Прежде чем анализировать российскую ситуацию, стоит четко определить, как в принципе работает экономическая ответственность в демократическом обществе. Отмечает экономист Олег Пендзин в комментарии
«Что является основной целью деятельности любого демократического общества? Повышение уровня жизни собственного населения, избирателя, правда? То есть когда мы с вами говорим, мы берем классический вариант демократического общества и если экономическая политика, которую проводит правящая политическая сила, не приносит пользы населению, население обедняется, на следующих выборах к власти приходят оппозиционные силы, которые проводят другую экономическую политику, а правящая сила уходит в оппозицию», – говорит Пендзин
Другими словами, в демократии экономическая деградация автоматически создает политические риски для власти.
Тоталитарная логика: другие приоритеты, другая цель
Россия, по словам экономиста, функционирует в другой парадигме. Там экономика не является сервисом для граждан в классическом понимании. В системах с жесткой вертикалью власти критерии «успеха» меняются: первоочередными становятся контроль, мобилизационная способность и финансирование силового блока.
Пендзин прямо признает сложность экономической ситуации в РФ, но подчеркивает, что это не означает автоматического краха режима.
«Когда мы с вами говорим о тоталитарных режимах, здесь ситуация коренным образом иная. И действительно российская экономика стагнирует, действительно на сегодняшний момент гражданские сектора демонстрируют огромные минусы, падение», – говорит Пендзин
В то же время он акцентирует, что для российской власти повышение благосостояния населения не является стратегической целью.
«Мы должны с вами понимать, что для российской власти на сегодняшний момент высшим критерием экономической эффективности не является повышение уровня жизни собственного населения».
То есть даже если гражданские отрасли проседают, это не является определяющим фактором для политической стабильности системы.
Сигналы из Москвы: курс на мобилизацию
Особое внимание эксперт обращает на заявления секретаря Совета безопасности РФ Дмитрия Медведева, который комплиментарно высказывался об экономической модели Северной Кореи и ее возможном применении в российских условиях. По мнению Пендзина, это не случайная риторика, а маркер идеологической готовности к еще более жесткой мобилизационной модели.
«Они создадут ГУЛАГ, они создадут трудовые лагеря, они превратят страну в военный лагерь. Люди будут получать пайки по талонам, но страна будет воевать», – Олег Пендзин
Речь идет о готовности системы жертвовать уровнем жизни граждан ради военной стратегии.
Почему Россия не «падает»
В общественном дискурсе часто звучит вопрос: если экономика РФ в кризисе, почему не происходит быстрого коллапса? Пендзин считает именно такую постановку вопроса ошибочной, ведь она базируется на демократической логике.
«Поэтому фраза «Россия стагнирует и никак не упадет» – это неправильная фраза. Российская Федерация на сегодняшний момент имеет огромные проблемы с экономикой, огромные», – Олег Пендзин
Однако даже в таких условиях государство сохраняет финансовый ресурс для поддержки ключевых направлений.
«Но тех ресурсов, которые она получает от экспорта, взимает с экономики, хватает для того, чтобы финансировать за счет социальных программ военный сектор. Они и дальше будут это делать», – Олег Пендзин
То есть экспортные поступления позволяют поддерживать военно-промышленный комплекс и социальные выплаты, которые удерживают базовую лояльность.
Риторика «триллионов долларов между США и РФ»: кому она адресована
В Кремле говорят о возможном масштабном экономическом сотрудничестве между Россией и США с озвучиванием сумм в 10–14 триллионов долларов. По мнению Пендзина, эти цифры имеют четко определенную аудиторию.
«Это цифры не для российской аудитории. Это цифры для американской аудитории», – Олег Пендзин
Контекст — избирательные процессы в США и политическая конкуренция. Эксперт упоминает и фактор Дональда Трампа, для которого демонстрация экономических успехов является ключевым элементом публичной коммуникации.
«Надо понимать, что у Трампа в ноябре месяце выборы в Конгресс. И сейчас полностью вся риторика, вся деятельность американской администрации подчинена политической гонке. Ему надо показывать, как он фантастически улучшил американскую экономику. Вот и будут вводить в заблуждение американского избирателя теми безумными суммами, которые к реальным не имеют никакого отношения».
В итоге, по логике эксперта, Россия находится не на пороге мгновенного обвала, а в фазе затяжной структурной деградации. Гражданские отрасли сокращаются, экономика все больше концентрируется на военных расходах, а социальная политика становится инструментом поддержания стабильности, а не развития.
«Зона смерти» — это состояние, когда экономика уже не генерирует качественного роста, но еще способна обеспечивать функционирование режима. И именно эта разница критериев — между благосостоянием граждан и способностью воевать — объясняет, почему стагнация в России не превращается в быстрый крах системы.
